Русский бизнес

Дмитрий Европин
Журнал «Справочник секретаря и офис-менеджера»
На семинарах научного руководителя Высшей школы экономики Евгения Ясина (цикл «Экономическая политика в условиях переходного периода») всегда есть интрига, неожиданные повороты дискуссий. Не стало исключением и заседание 28 мая, на котором выступил с докладом «Русский бизнес от рождения до наших дней» президент управляющей компании Тройка Диалог Павел Теплухин. Свободных мест в аудитории не было, кому-то даже пришлось остаться в дверях, а среди собравшихся можно было заметить Бориса Салтыкова, Ивана Старикова, Якова Паппэ, Владимира Гимпельсон и многих других известных экономистов.

Майский семинар был приурочен к выходу в свет книги «Матрица Теплухина: до и после первого миллиона». Профессор Ясин заметил, что на его семинарах не принято устраивать презентации книг, поскольку редко на момент их издания находится достаточное количество участников, успевших ознакомиться с текстом. Тем не менее, обойти вниманием факт появления на рынке книги Теплухина было бы неверно, да и доклад Павла Михайловича в значительной мере был основан на материалах его «матрицы».

— Теплухин – мой ученик. Вместе с Алексашенко они ходили ко мне на семинар. Тогда в советские годы мы играли в имитационную игру «Капитализм». И вот перед нами современный капиталист, который написал интересную книжицу, назвал ее так скромненько… Ну что ж, в конце концов, имеет право, — написано свежо и явно имеет экономическую и историческую ценность, — представил докладчика Евгений Ясин, открывая заседание семинара.

— Я попросил Павла Михайловича в его выступлении прокомментировать ставшее расхожим мнение, что русскому бизнесу большие дела не по плечу – переход к инновационному развитию, социальная ответственность и т.д. Сегодня считается, что наш бизнес на такое не способен. И как следствие образ чиновника становится более привлекательным, чем образ бизнесмена. Предприниматели превращаются чуть ли не в изгоев, — задал научный руководитель Вышки вектор обсуждения.

Павел Теплухин в самом начале своего выступления уточнил, что очень сложно говорить о российском бизнесе вообще, неизбежно концентрируешься на каких-то отдельных кейсах, поэтому, говоря о периоде становления, он в качестве такого примера возьмет инвестиционную компанию «Тройка Диалог».

— Начиналось все, когда не было еще никакого фондового рынка, вернее, не было чем там торговать. На Столичной фондовой бирже возникла потребность создать брокерскую компанию. Появилась «Тройка Диалог», исключительно как академическое упражнение. На ее создание было потрачено $35 000 — одна комната, стол, стул и компьютер. И так начинался весь российский бизнес – как эксперимент, — рассказывал Теплухин. – Это потом через Тройку прошло 4% российской ваучерной приватизации. И надо понимать, что для этого надо было сначала написать ее программу, надо было, чтобы она была принята и т.д.

Как отметил Теплухин, судьба компании за все время ее существования складывалась благополучно, во многом благодаря тому, что никто не понимал, а чем собственно в этой компании люди занимаются. Это оградило Тройку от притязаний криминала в 1990-е. На компанию не покушались. А вот остальной российский бизнес в полной мере ощутил на себе период первоначального накопления капитала и передела собственности.

В 2000-х годах тенденция сменилась. Главным агрессором стало государство. Это, по мнению Теплухина, и является сегодня самой главной проблемой.

— С 2004 по 2007 год государство увеличило свое участие в капитале компаний, представленных на фондовом рынке с 24% до 40%. Имея контроль над управлением почти $469 млрд. государство стало самым крупным собственником на внутреннем рынке. Достигалось такое положение через налоговые иски, иски Минприроды и других ведомств. Из десяти самых крупных налоговых дел только в одном случае решение было не в пользу налоговой службы. Сумма налоговых претензий к Вымпелкому в результате судебного разбирательства была снижена в десять раз. Но, как правило, такие дела государство выигрывает и получает контроль над компанией, — рассказывал Теплухин.

Наиболее активно государство захватывало компании в нефтегазовом секторе и машиностроении. Единственное место, где наблюдалась обратная тенденция – электроэнергетика. Там доля государственной собственности сократилась с 52% до 37%.

— Это заслуга лично Чубайса. Ему за это памятник надо поставить! То, что ему удалось в современных условиях, — это было «mission impossible»!

Вывод докладчика состоит в том, что сегодня основные усилия бизнеса направлены на защиту от государства. Естественно в таких условиях бизнес не готов заниматься инновациями и вряд ли можно ожидать от него социальной ответственности. На это просто не остается ресурсов.

— Тенденции, имеющие место в России, часто сравнивают с Чили. Но это ошибка! Скорее, уж пора говорить об Уго Чавесе. А на самом деле мы пошли по своему уникальному пути, который таков, каков есть, — печально заключил президент Тройки.

Содокладчиком Павла Теплухина выступил управляющий партнер компании «Ward Howell International» и автор схожей по тематике с «теплухинской матрицей» книги «Русские шахматы» Сергей Воробьев.

Его выступление отличалось таким искрометным юмором, что Евгений Ясин после доклада Воробьева признался, что не смог уследить за мыслью оратора.

— Однако замечу, Сергей Ильич замечательный специалист, рекомендую всем приобрести его книгу, в которой все понятно изложено, — с некоторым смущением сказал Ясин.

Если пытаться кратко сформулировать основную мысль Воробьева, то главную проблему российского бизнеса он видит в том, что нет недостатка в экономистах, но есть катастрофическая нехватка менеджеров. Не хватает людей, способных организовывать и направлять. Русский бизнес создавали «экономисты», а не менеджеры, кому-то удалось выиграть, но сейчас они уже больше ничего не хотят, у них все есть, кроме стратегического мышления на долгосрочную перспективу.

Не способствует развитию бизнеса и повышению его роли в обществе и традиционный российский патернализм. По мнению Воробьева дальше бизнес может развиваться только на основе протестантской этики, но в российском обществе этого почти нет. Он полагает, что сейчас как раз время выбора – бизнес и общество должны определиться, какую модель мы будем дальше строить.

— Хотим вертикаль власти, как привыкли за 500 лет! Пожалуйста! Как известно, вертикаль она в одно место входит, из другого выходит, болезненно, но зато это мы умеем хорошо. Да, в рамках вертикали, темпы роста поменьше, внутри вертикали конкуренция высокая, чтобы бизнес вырос и развился надо много времени… Но жить-то можно! А можем горизонтальное устройство развивать – funky-business, быстрый рост и т.д. Но только тогда другая психология нужна, — говорил Воробьев.

Президент Фонда «Центр политических технологий» Игорь Бунин представил свой вариант истории российского бизнеса. В 1994 году вышла книга «Бизнесмены России» основанная на 120 интервью с предпринимателями того времени. В ее создании принимал участие и Бунин.

— Тогда весь тираж в 40000 экземпляров исчез куда-то, у меня сохранился лишь один экземпляр, — говорил он, демонстрируя аудитории библиографическую редкость. – Теперь мы решили повторить тот опыт и сделали 120 интервью с теми, кто остался в бизнесе с тех времен, и с новыми предпринимателями. На этом материале мы вместе с Вадимом Радаевым (Он у вас, кстати, большой умница, — заметил Бунин Евгению Ясину) выпустили несколько исследований, в которых доказывается, что и менеджеры у нас на самом деле есть.

В результате в распоряжении Бунина оказались данные по тому, как складывалась судьба российского бизнеса.

— Семь человек погибли в следствие криминала, кто-то пострадал в рейдерских схватках и лишился бизнеса, кто-то просто устал и предпочел стать рантье. В начале девяностых 30-40% населения хотели заняться бизнесом. Это было престижно. В основном, в бизнес шли интеллигенты, не слишком успешные в своей профессии.

Как заметил Бунин, государство тоже вело себя специфично, что не способствовало развитию бизнеса.

— Сначала раздали собственность, потом поняли, что не тем, отобрали, снова раздали… С землей вот сейчас происходит то же самое, что в девяностых с приватизацией предприятий. Если у кого-то сегодня есть $500 тыс. можно смело скупать землю у крестьян, как когда-то скупали ваучеры у населения, и рассчитывать очень существенно заработать в ближайшей перспективе, — говорил он.

После основных выступлений Евгений Ясин обратился ко всем докладчикам:

— Я так понял, что у нас все плохо. Но ответьте же все-таки на вопрос, – русский бизнес хоть на что-то существенное сегодня способен?!

Наиболее емко и точно ему ответил Павел Теплухин:

— Евгений Григорьевич, русский бизнес сейчас существует не благодаря, а вопреки государству. Если бы он мог как-то по-другому тратить те ресурсы, которые идут на защиту от государства, и результаты его деятельности были бы заметнее. Кроме того, предприниматель должен быть в обществе позитивным героем, а у нас выпускники школ хотят быть бандитами и валютными проститутками! О какой роли бизнеса в таких условиях можно говорить?! Менять что-то надо в консерватории!

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *