Потери мировой экономики от изменения климата к 2100 г могут составить 20 проц мирового ВВП

Экология и экономика – понятия, напрямую зависящие друг от друга. С одной стороны, чрезмерная забота об экологии может существенно затормозить экономический рост – по крайней мере, так считают противники присоединения России к Киотскому протоколу. С другой – если вовсе исключить экологию из сферы наших интересов, природа может отомстить, да так, что мало не покажется. Эта месть отразится на экономическом росте как напрямую, так и опосредованно – за счет болезней, снижения урожайности, тотальной миграции населения.

Так, по словам руководителя Центра экономики охраны окружающей среды Высшей школы экономики, консультанта Всемирного фонда дикой природы /WWF/ Георгия Сафонова, потери мировой экономики от изменения климата к 2100 году могут достигнуть 20 проц от глобального валового внутреннего продукта /ВВП/.

Из чего складывается столь впечатляющая цифра? Как рассказал руководитель программы «Климат и энергетика» WWF России Алексей Кокорин, в первую очередь, за счет снижения урожайности сельскохозяйственных культур. Особенно это касается плодородных регионов юга России, Кавказа и Поволжья. Они могут оказаться во власти засухи, а технологии капельного орошения сельхозугодий по израильскому принципу /под каждое растение отдельно, причем все максимально автоматизировано/ у нас пока не внедрили. Правда, в качестве компенсации может вырасти урожайность в более северных регионах, однако вряд ли эта компенсация окажется адекватной. Вот что, например, произошло в Таджикистане. Как рассказал представитель Oxfam Великобритании в России Николас Коллофф, там эффект негативного воздействия изменения климата на сельское хозяйство уже ощутим. Ледники, питающие местные водоемы, стремительно тают, реки мелеют, а устаревшая система орошения не может справиться со своими задачами. Осадки там начали выпадать непредсказуемо и бессистемно, причем как правило, по принципу «то густо, то пусто». В результате потопы /а систем водозабора здесь тоже, понятное дело, нет/ вымывают плодородный слой почвы и «добивают» оросительные системы. Таким образом, местные фермеры не только не имеют возможности вырастить что-то на продажу, но и банально не в состоянии прокормить свои семьи. Как результат – резкий рост внутренней и внешней миграции. Россия уже ощущает его на себе – таджики, ради того, чтобы заработать хоть что-то, готовы здесь на любую работу. В аналогичной ситуации находятся и соседние государства — кое-где положение дел близко к экологической катастрофе и массовому голоду, особенно в сельскохозяйственных районах. «Изменение климата приводит к появлению новой категории беженцев, — отмечает Н.Коллофф. – Это бедные люди, вынужденные эмигрировать из своих родных стран из-за опасных климатических процессов». Если срочно не принять мер, поток мигрантов, прежде всего, из Центральной Азии, резко возрастет. И тогда последствия пренебрежения к экологии придется «расхлебывать» всем нам.

Не намного лучше ситуация и на севере России. Особенно страдает от климатических изменений Арктика и вообще северные регионы, где начинает таять вечная мерзлота. Между тем, практически все здания и объекты там строились, исходя из аксиомы, что вечная мерзлота – на то и вечная, чтобы не таять никогда. В результате растет уровень грунтовых вод в северных регионах, что таит потенциальную угрозу наводнения, возрастает нагрузка на трубопроводы. Грунтовые воды сегодня повышаются в таких регионах, как Санкт-Петербург, Архангельск, Вологда, отмечает А.Кокорин. Это уже видят местные жители, хотя бы по таким признакам, как подтопление подвалов. У местных властей нет ни оборудования для того, чтобы эффективно выкачать воду, ни элементарного опыта действий в таких ситуациях. Иными словами, к потопам мы не готовы. Пока ситуацию на Севере спасает то, что там живет относительно мало людей, и они вполне могут либо отселиться из явно рушащихся зданий, либо вовсе уехать «на материк». Неудивительно, что в последнее время так поступают все чаще и чаще. Вероятным последствием изменения климата может стать и увеличение лесных пожаров.

По мнению экологов, в будущем ситуация будет только ухудшаться. И прежде всего страдать от этого будут беднейшие слои населения, считает Н.Коллофф. По его словам, если срочно не принять меры, в будущем станет еще труднее. Кроме того, по словам А.Кокорина, изменение климата сказывается и на здоровье населения. Это один из ведущих факторов риска наряду с такими факторами, как загрязнение атмосферного воздуха и питьевой воды, курение и наркотики. Тему развил доктор медицинских наук, профессор Российской медицинской академии последипломного образования Минздравсоцразвития РФ Симон Авалиани. По его словам, дисбаланс климата если не губителен для людей, то действует на их здоровье весьма негативно. Как правило, наш организм приспосабливается к той климатической среде, в которой родился и вырос. По статистике, среди долгожителей подавляющее большинство тех, кто никогда не покидал родных мест. Те же, кто резко меняли среду обитания, имеют куда менее радужные прогнозы на долгую жизнь. Виной тому и стресс, и сложности с обустройством на новом месте, и тоска по родине, и новая культура и ментальность, и не в последнюю очередь, новый климат. Так, северяне, привыкшие к сибирским морозам, нормально чувствуют себя при минус 20-30 градусах Цельсия, однако с трудом переносят жару. В свою очередь, аномальные холода могут быть попросту губительны для южных людей. Так, морозы, накрывшие этой зимой Среднюю Азию, уже привели к увеличению числа зарегистрированных смертей в этих регионах. Все помнят, как СМИ пестрели фотографиями заснеженной Турции, сообщалось, что снег выпал даже в Саудовской Аравии – местные жители умирали от переохлаждения. Так же аномальная 40-градусная жара в Европе несколько лет назад унесла жизни 15-20 тысяч людей. Столь непривычные температуры провоцировали обострение хронических заболеваний, и врачи иногда были не в силах помочь. Вообще, по словам С.Авалиани, налицо рост количества аномальных явлений и тропических болезней в тех регионах, где ранее их не было. Так, небывало теплая весна привела к вспышке в России клещевого энцефалита. Если 20 лет назад случаев заболевания фиксировалось не более 1000 в год, то в этом году уже заболели около 3000 человек. Увеличилась и заболеваемость малярией, а в Волгоградской области и вовсе были зафиксированы случаи невиданной ранее лихорадки Западного Нила. Логично, что в сложившейся ситуации медики должны быть наготове: они должны уметь лечить экзотические болезни, необходимо предотвращать их возникновение и, разумеется, работать над созданием вакцины.

Как известно, вопрос изменения климата — один из центральных пунктов повестки саммита «восьмерки» в Хоккайдо. Однако, по мнению экспертов, заявления и решения саммита – не более чем обозначение политической воли. Для того, чтобы изменить ситуацию, необходимо осознание на государственном уровне того, что если ничего не делать сейчас, то дальше может быть еще хуже. Нужно принимать решения на уровне конкретных ведомств. Так, Г.Сафонов рассказал, что в Минэкономразвития при участии других министерств и ведомств «разрабатывается проект Концепции долгосрочного социально-экономического развития РФ до 2020 года». В соответствии с этим документом планируется в течение данного периода снизить энергоемкость экономики на 40 проц, а удельные выбросы вредных веществ /оксидов серы, азота и т.д./ — в 3-7 раз в зависимости от отрасли. Он отметил, что необходимо снижать выбросы, базируясь на рыночных стимулах для предприятий, как это делается в США.

По словам Г.Сафонова, для достижения этих целей России понадобится кардинальная перестройка всей природоохранной системы — «она очень устарела и создает множество барьеров». Карательные меры, например, повышение ставок на выбросы вредных веществ, фактически не означает, что выбросов будет меньше, считает эксперт. «Мы делали модельные расчеты — нужно очень сильно повысить ставки, чтобы это произошло, — говорит он. — Необходимо поменять систему управления, отталкиваясь от мировых разработок за последние 15-20 лет». Он считает, что этот вопрос необходимо включить в проект Экологического кодекса, который сейчас разрабатывается в Минприроды, что позволит достичь целей концепции развития страны до 2020 года. «При старой природоохранной системе этих целей в России достичь невозможно», — подчеркнул эксперт.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *